Exxon Mobil оценила, что рост цен на нефть и газ на фоне войны США—Израиль против Ирана способен компенсировать часть производственных потерь и добавит до $2,9 млрд к ее операционным (upstream) результатам за 1-й квартал. При этом по направлению переработки и сбыта (downstream) компания ожидает ощутимый временной «провал» — около $5,3 млрд, главным образом из‑за особенностей учета сроков поставок.
В своем сообщении для регулятора Exxon связывает прогноз с резким изменением рыночной конъюнктуры после начала конфликта 28 февраля. По данным LSEG, цены Brent в 1-м квартале в среднем составили $78,38 за баррель, что на 24% выше среднего уровня за предыдущие три месяца. На пике волатильности котировки поднимались на до 65%, а ряд нефтегазовых проектов на Ближнем Востоке временно остановили добычу после того, как фактически ограничили работу Стрита Ормуз — ключевого маршрута, через который проходит около пятой части глобальных потоков энергии.
Производство: добыча ниже, но прибыльность может поддержать рынок
По оценке Exxon, в 1-м квартале добыча нефти и газа будет на 6% ниже по сравнению с 4-м кварталом, когда компания производила 5 млн баррелей нефтяного эквивалента в сутки. В корпоративном раскрытии отмечается, что активы в Катаре и ОАЭ обеспечивали 20% от мировой добычи Exxon в 2025 году.
Расхождение между эффектом от цен и эффектом от логистики особенно важно для инвесторов: рыночный рост может быть «сильной опорой» для upstream, но для downstream критичны сроки признания поставок и прохождения сделок через бухгалтерский контур.
Downstream: крупный отрицательный эффект из-за тайминга
Exxon отдельно пояснила, что во 1-м квартале timing effects способны снизить прибыльность по downstream примерно на $3,3 млрд–$4,1 млрд относительно 4-го квартала. Финансовый директор компании Нил Хансен назвал этот эффект «необычно большим отрицательным влиянием по времени» и подчеркнул, что он носит временный характер.
Ключевая причина — учетные правила в торговой программе с использованием производных инструментов для хеджирования. Как и другие игроки отрасли, Exxon применяет финансовые деривативы для снижения риска изменения цен на нефть, природный газ и нефтепродукты в период между фиксацией сделки и фактической доставкой партий покупателям. Для поставок, к примеру, между США и Азией этот цикл может занимать несколько недель.
При этом стоимость физической поставки, по данным компании, не отражается в отчетности до завершения сделки. В результате в конкретном квартале может возникнуть дисбаланс: доходы и расходы «разъезжаются» по времени, что и формирует крупный временный отрицательный вклад.
Хансен отметил, что эти эффекты «будут постепенно разворачиваться», а в чистом итоге компания ожидает положительный итог, когда базовые операции будут завершены. Он подчеркнул, что торговые хедж‑сделки являются корректными, а будущая прибыльность от лежащих в их основе транзакций, по оценке менеджмента, будет существенной.
Импэрмент из-за сбоев поставок
Дополнительно Exxon сообщила, что планирует признать обесценение (impairment) в диапазоне $600 млн–$800 млн. Причина — сбои в цепочках поставок, из-за которых оказалось невозможным физически поставить партии, связанные с некоторыми хеджами.
Что дальше для рынка
Exxon объявила, что полные результаты за 1-й квартал будут опубликованы 1 мая. Для инвесторов этот релиз будет важен не только цифрами по прибыли, но и деталями о том, как именно рыночные факторы и «тайминг» повлияли на отчетность — это может задать тон ожиданиям по всему сектору на фоне повышенной неопределенности по логистике и хеджированию.
В более широком смысле, сочетание потенциального плюса в upstream и временного минуса в downstream указывает на то, что в ближайших кварталах картина может меняться быстрее, чем сама динамика добычи: рынок будет следить за тем, как быстро «разъехавшиеся» эффекты начнут компенсироваться в отчетности.
